офорт

Василий Звонцов: В «искусстве надо идти пешочком, осматривая все, а не мчаться к славе на лайнерах и крылатых конях.»

Выпускник графического факультета Академии художеств Звонцов Василий Михайлович, как художник и педагог, явление уникальное с особым даром. Он сравним с камертоном, путеводной звездой, источником силы и твердости духа.

Родился Василий Михайлович 13 апреля 1917 г. в деревне Вахонькино Вологодской области в семье сельских учителей. Детство прошло в деревне, затем в г. Череповце.
В 1952 году, сразу по окончании Института им. И. Е. Репина, получив диплом с отличием и звание художника, член Ленинградского отделения Союза художников СССР В. М. Звонцов приступил к педагогической деятельности.
Василий Михайлович Звонцов

С его именем связан расцвет преподавания офорта в Академии художеств. Приобщая молодых к сложному и изысканному искусству офорта, он вскоре стал одним из любимейших педагогов. На эту самую неподатливую, трудоемкую и химически вредную технику студенты шли ради учителя. Увлеченность самого Звонцова этой техникой «просто завораживала. Будучи глубоко поэтической натурой, настоящим лириком, он умел, как никто из преподавателей дать другим душевный настрой, пробудить энтузиазм к работе». Основательно и значительно выглядела под руководством В. М. Звонцова офортная мастерская. Звонцов учил на своем примере, сам работал, рассуждал, показывал. И то, как он брал в руки офортную доску, как разглядывал ее…— а его движения были неспешны, как будто он совершал ритуал,— студентам казалось, «что они присутствуют при совершении таинства. Его движения уже были примером как это надо делать, а, главное, как ко всему этому надо относиться».
Он любил повторять, что в «искусстве надо идти пешочком, медленно, осматривая все, примечая все, а не мчаться к славе на лайнерах и крылатых конях. Толку не будет никакого. Сейчас молодые озабочены тем, как найти краткий путь к успеху. Такого пути не бывает». То, что нет предела совершенствованию мастерства, и то, что «постоянная неудовлетворенность до сих пор сделанным, нескончаемая работа над приобретением и совершенствованием мастерства— естественное и необходимое состояние художника», видели ученики Звонцова на примере учителя. И это было убедительнее любых словесных увещеваний.

Василий Михайлович Звонцов.
«Пуховая зима». 1961.
Лавис, сухая игла. 27 х 16,5 см.

Строгий и требовательный он вместе с тем никому не навязывал своих пристрастий, поэтому из его мастерский вышли такие разные художники, как В. Шистко, М Брусиловский, М. Майофис, Г. Врабие, К. Претро, В. Алексеев, Т. Соловьёва-Домашенко, Е. Звонцова, В. Хвостов, В. Курочкин и многие другие. Но какими бы разными не были выпускники Звонцова, всем им передалось его особое очарование природой. Он учил любить, видеть и понимать русскую природу, улавливать тончайшие изменения в ее состоянии, учил прежде всего вниманию. Летняя практика, проводимая каждый год в Пушкинских горах, давала для этого богатые возможности. Влюбленный в заповедный край, Звонцов открывал своим ученикам его очарование. Делались этюды, писались пейзажи, создавались композиции по мотивам пушкинских произведений, а в конце практики устраивались выставки студенческих работ и лучшие из них остались в подарок заповеднику. Эта традиция, зародившаяся в 1957 году, нашла отклик как у преподавателей графического, так и живописного факультета института.

Василий Михайлович Звонцов.
«Осенняя Сороть». 1968.
Сухая игла. 25 х 30,5 см.

Звонцова любили и доморощенный праздник— «день офортиста»— отмечали 13 апреля, в день рождения учителя. Через шутливый обряд посвящения проходили третьекурсники, выбравшие офорт и пополнившие собой трудолюбивое и увлеченное сообщество учеников В. М. Звонцова. До сих пор бывшие его ученики поддерживают эту традицию и отмечают день рождения своего учителя как «день офортиста».
Годы блестящей преподавательской работы в Академии художеств увенчались учебником по офорту, написанным совместно со своим учеником В. И. Шистко. Это пособие — настольная книга всех российских офортистов, самый популярный учебник для графиков, в котором очень просто и понятно рассказано о графических техниках, разновидностях эстампа, даны необходимые справочные сведения по технологии этого вида гравюры, оборудованию и материалам. Изданный в 1971 году, переведенный на иностранные языки, этот учебник до сих пор остается единственным в своем роде. В 2004 году вышло второе издание этой книги, дополненное новой информацией, которой обогатились авторы за годы длительной практики.
Звонцов мог бы продолжать преподавательскую деятельность в Институте им. Репина, но в 1970 году он считает это уже неприемлемым в силу сложившейся ситуации на графическом факультете, и принимает предложение издательства «Аврора», где 1970 по 1974 гг. являлся главным редактором экспортного специализированного издательства, выпускающего литературу по изобразительному искусству.

Никогда не прекращалась его творческая деятельность. Его графические листы были всегда украшением петербургских, республиканских, всесоюзных и международных выставок. Персональные выставки работ В. М. Звонцова экспонировались во многих городах России, в том числе и в Пушкинских горах, где он постоянно работал, приезжая для этого из Ленинграда по несколько раз в год.

В последующие годы мастер всецело отдается творчеству. Он много работает до последних своих дней, сохраняя удивительную легкость и энергичность рисунка, тонкость цветовых нюансов и чарующую красоту композиционных решений. Высочайший уровень мастерства счастливо соединился в Звонцове с богатейшим жизненным опытом и благородством его души.

Василий Михайлович Звонцов.
«Багульник». 1971.
Китайская тушь, акварель. 44,5 х 29,5 см.
Умер В.М. Звонцов 20 ноября 1994 г. (77 лет) в Санкт-Петербурге.
Как человек очень неравнодушный, Звонцов всегда принимал активное участие в общественной жизни Союза художников. К его мнению прислушивались, в его присутствии как-то не решались пустословить. И когда в организационной структуре Ленинградского Союза художников был введен институт секретариата, Звонцов был избран секретарем по графике. Нововведение это просуществовало один выборный срок, то есть четыре года, и было отменено.
Так и остался Василий Михайлович первым и единственным художником-графиком, занимавшим эту должность.
Василий Михайлович Звонцов.
«Марусин хутор». 1986.
Уголь. 32 х 38 см.
Графика — искусство камерное. По негласной установившейся традиции в каталогах больших отчетных выставок советского периода раздел графики всегда занимал третью позицию после живописи и скульптуры.

 

Василий Звонцов: В «искусстве надо идти пешочком, осматривая все, а не мчаться к славе на лайнерах и крылатых конях.» Read More »

Василий Матэ: Гравер — это не просто копиист, а творец нового мира образов

Василий Матэ по праву считается основоположником жанра российской гравюры, но о нем самом в источниках упоминается незаслуженно мало. Даже ценители этого вида искусства скорее вспомнят Густава Доре или Альбрехта Дюрера, нежели Василия Матэ. А ведь его творческий путь был не менее интересным, а заслуги перед Отечеством — не менее значимыми
Василий Васильевич Матэ — Портрет П. М. Третьякова, 1894
Иоганн-Вильгельм Матэ (именно такое имя художнику было дано при рождении) появился на свет 6 марта 1856 года в Восточной Пруссии (близ Эйдкунена, ныне Вирбалис, Литва). Его отец был инженером и владел небольшим наделом земли, с которого кормилась вся семья. Правда, денег едва хватало, а о престижном образовании для сына можно было только мечтать. Иоганн с детства был очень умным и любознательным, мечтал учиться в Петербурге, и семья даже переехала туда, но сбережений хватило только на первый год обучения. Тогда отец Иоганна-Вильгельма определил парня в приют для детей, имеющих немецкие корни. Там ему дали русское имя Василий и стали учить разным наукам. Василий Матэ очень трепетно относился к учебе, впитывая знания и стараясь быть лучшим во всем. Воспитанники приюта изучали историю, основы права, политическую географию, иностранные языки. Там преподаватели заметили художественный талант парня и посоветовали родителям отдать его в Рисовальную школу общества поощрения художеств, где с 1872 г. занимался ксилографией под руководством Лаврентия Серякова.
Василий Васильевич Матэ — Потрет художника В.А. Серова
После рисовальной школы Василия Матэ без экзаменов приняли в Академию художеств (1875—1880) в Петербурге. И здесь судьба свела талантливого молодого человека с Федором Ивановичем Иорданом — профессором гравирования. На его лекциях Матэ сидел словно завороженный, а практические занятия с мастером он считал даром свыше. Гравюры в те времена были популярны, ведь книгопечатание набирало обороты, оформлению книг уделялось большое внимание. Изучая в академии гравюры Франции, Германии, Голландии и Англии, Василий Матэ достиг больших успехов в гравюрном деле и получил серебряную медаль за политипажную гравюру с этюда головы I. Крестителя, сделанного А. Ивановым для картины «Явление Христа народу», за которую был отправлен, в 1880 г. на учебу в Париж где и продолжал совершенствоваться  в мастерской самого известного тогда европейского ксилографа репродукционной гравюры Паннемакера, а также изучал офортное дело под руководством Гальяра.
Это сейчас копирование любого изображения не представляет проблем. Раньше получение копии рисунка было возможно только вручную. Первые типографии были рассчитаны на печатание текста посредством оттиска букв. Сделать то же самое с рисунком не представлялось возможным. Тогда и родилась ксилография — печать рисунка с деревянной копии, оттиск его с выпуклым или вдавленным контуром.
Василий Васильевич Матэ — Потрет Грибоедова А.С.
По возвращении из Парижа в 1884 г., Василий Матэ преподавал оба рода гравирования в Петербурге в Центральном училище технического рисования барона Штиглица (1884—1909).
Матэ настолько привлекала магия этого искусства, что он полностью посвятил себя гравюре и способам ее тиражирования. Когда его рисунки получали возможность по много раз отпечатываться на бумаге, он считал себя просветителем для людей, неся свое искусство в массы. Правда, первые его работы были мало схожи с оригиналом, но копирование было его страстью.
Со временем Василий Матэ довел искусство гравера до таких вершин, что его работы, изначально будучи копиями первоисточников, стали произведениями искусства сами по себе. Уже студентом он стал знаменит. Художник Мстислав Добужинский так писал об этом: «Учеников, таких талантливых и умеющих легко говорить по-немецки, у Иордана было мало. Работая у него, Матэ очень скоро перегнал всех своих конкурентов в области деревянной гравюры».

С 1893 г. Матэ стал действительным членом Императорской Академии художеств и заведывающим граверным отделением Академии художеств и профессор-руководитель (Кондаков). Большинство офортов выполнено мастером по заказу Академии художеств. Среди них – портрет Президента императорской Академии художеств Великого Князя Владимира Александровича Романова, под руководством которого учился обрусевший немец В. В. Матэ.

С 1894 г. Василий Матэ стал профессором Академии Художеств, а с 1899 г. — академиком. Его учениками стали в разные годы Илья Репин, Валентин Серов, Исаак Левитан, Борис Кустодиев. Вкладывая свои знания в именитых художников, сам он практически всегда оставался в тени. Слава не прельщала его. Современники вспоминали его как скромного и обаятельного человека. Он вел обычную тихую жизнь, к нему в дом могли запросто прийти ученики и любой, кто желал поговорить с ним об искусстве. Студенты вспоминали, что Матэ вечно носил при себе лупу, хотя на зрение не жаловался. С ней он и изображен на портрете Бориса Кустодиева: в своей комнате у рабочего стола, а на заднем фоне — Ида Романовна Матэ, супруга и муза великого масте
Василий Матэ возглавил граверное отделение в Академии и с головой ушел в преподавание. Параллельно он читал лекции в Центральном училище технического рисования и той самой Рисовальной школе поощрения художеств, с которой сам когда-то начинал. Его мастерская находилась прямо в квартире, откуда был выход на маленький балкончик — оттуда он и читал свои лекции студентам. Он написал много материалов для учебника по теории гравирования. Свое искусство он описывал так: «Гравер — это не просто копиист, а творец нового мира образов, где он переводит на свой язык картину художника, придавая ей новые оттенки».
Пушкин А.С.
Чаще всего мастер изображал людей — писал портреты, которые быстро разлетались по еженедельным журналам. Постоянным местом размещения его работ стала «Пчела». Каждую неделю гравюры Матэ появлялись в нем — лица генералов, общественных деятелей, именитых врачей. Молодой гравер имел за это хорошие деньги — 100 рублей в месяц.
Многочисленные политипажи Матэ, всегда живописно-мягкие и выразительные, появлялись также в журналах «Русская Старина», «Исторический Вестник», «Живописное Обозрение», «Всемирная Иллюстрация» и других, а также в изданиях «Родное Слово» Ушинского , «Детское Чтение» Бородина и Острогорского , «Иллюстрированная история Петра Великого» и «История Екатерины II» (издание А. Суворина ), «История русской литературы» П. Полевого и многих других. Из офортов Матэ достойны особого внимания «Автопортрет Рембрандта» (по оригиналу, находившемуся в Лейхтенбергской галерее), «Мария Магдалина», с Мурильо (по оригиналу той же галереи), «Христос, Судия мира», с В. Васнецова , и портреты художника В.В. Верещагина , В. Гаевского , актера В. Самойлова , сенатора Д. Ровинского , Д.В. Григоровича , С.Н. Шубинского и других. — Ср. Д. Ровинский «Словарь русских граверов» (II, 636 — 43, Санкт-Петербург, 1895); Ф. Булгаков «Наши художники».
Со временем Матэ перешел от ксилографии к новой технике офорта. Так его работы стали больше походить на карандашные: линии обрели неровность и шероховатость, более естественной стала передача мазков. В этой технике были созданы самые известные портреты мастера: русских писателей, в частности Николая Гоголя и Александра Пушкина, исторических личностей, деятелей культуры и искусства, копии полотен Василия Сурикова, Ильи Репина и Виктора Васнецова.
Наследие Виктора Матэ огромно, оно даже до сих пор не учтено и не изучено полностью. Только в технике офорта он создал более 300 работ, 225 из которых — портреты. Мастер умер в апреле 1917 года, не дожив до революции. Новая власть сохранила только самые нейтральные его работы, урезав и откорректировав его наследие. Печатались лишь его портреты писателей, принятых советской властью. Но сегодня есть возможность ознакомиться и с другими его произведениями, сохранившими самобытность великого гравера.

Василий Матэ: Гравер — это не просто копиист, а творец нового мира образов Read More »

Корзина для покупок
Прокрутить вверх