Соцреализм

Юрий Пименов: Соцреализм — широко открытое окно в жизнь

Вторая половина 1920-х годов стала переломным моментом для отечественного искусства. В этот период проходят жаркие споры о том, каким должно быть революционное искусство, искусство «завтрашнего дня». В эпицентре этих художественных волнений находился и Юрий Пименов, который вместе со своими соратниками и друзьями по ВХУТЕМАСу (Александр Дейнека и Андрей Гончаров) в 1924 году организовывали общество станковистов «Объединение трех», «самой левой из правых группировок» соцреализма.

Юрий Пименов. «Даешь тяжелую индустрию!». 1927. Холст, масло.

Живописец бытового жанра эпохи соцреализма Юрий Иванович Пименов родился в 1903 году в Москве. Его отец был юристом, увлекался живописью сам и не возражал, когда сын решил связать свою жизнь с искусством. Пименовы жили неподалеку от Третьяковской галереи, и в детстве Юрий часто там бывал, рассматривал картины именитых мастеров. Особенно ему нравились пейзажи передвижников, на всю жизнь оставила след картина Алексея Саврасова «Грачи прилетели».

В 1920–1925 годах Пименов учился в одном из лучших художественных заведений страны — во ВХУТЕМАСе. Там его педагогами были график-иллюстратор Владимир Фаворский и архитектор Сергей Малютин. Вместе с выпускниками ВХУТЕМАСа Юрий Пименов организовал художественное объединение «Общество художников-станковистов». В это же время он увлекался немецким экспрессионизмом. В первой четверти XX века молодого художника интересовали темы спорта, кино и достижений науки. В 1927 году он создал картину «Даешь тяжелую индустрию!», которую высоко оценили критики.

Живопись и графику Пименова 1920-х годов отличает ясность: художник изображает настоящих людей, героев своего времени, активных и динамичных, мускулистых и пластичных. Мужчины и женщины, спортсмены, танцующие пары, рабочие фабрик и заводов — все они заняты делом и предельно конкретны.

Юрий Пименов. Бега. 1928

Пименов не только прекрасный мастер живописи. Будучи учеником Владимира Фаворского, он стал непревзойденным графиком. На рисунке «Художники в мастерской» Пименов изобразил самого себя и своего друга А. Гончарова за работой: сам Пименов приступает к написанию картины «Бокс» (в силуэте боксера очевидно считывается экспрессионистская манера автопортретов Эгона Шиле), а на мольберте у Гончарова стоит один из портретов, над которыми тот трудился в этот период.

Юрий Пименов. Художники в мастерской. 1928. Бумага, тушь, кисть, перо, гуашь.

На стене мастерской можно разглядеть еще один графический лист: одна из уличных зарисовок, столь любимых Пименовым в эти годы. На примере этого рисунка можно рассмотреть стилистику, которой придерживался Пименов в графике 1920–1930-х годов: резкие ракурсы, контраст черного и белого, смещенная композиция.

Показанное в 1924–1925 годах в Москве, Ленинграде и Саратове немецкое искусство произвело на советских художников неизгладимое впечатление. Кошмары Первой мировой войны, уничтоженные города, оставшиеся инвалидами солдаты, запечатленные на картинах Отто Дикса и Георга Гросса, вызвали страх и трепет. Под их влиянием Пименов начинает вводить элементы сюрреализма и в собственные размышления об ужасах войны и революции. Он искажает пропорции фигур, деформирует лица, насыщает изображение говорящими деталями.

Юрий Пименов. Солдаты переходят на сторону революции. 1933. Холст, масло.

Рассматривая картину «Солдаты переходят на сторону революции» (1933), зритель попадает в круговорот драматических событий. Взгляд цепляется за страшные гримасы на лицах трех главных персонажей, отражающие весь спектр эмоций — от отчаяния до экстаза, соскальзывает на призрачные образы мертвых немецких солдат, узнаваемых по шлемам-«тазикам», вдруг «нащупывает» пристрелянных белых лошадей на фоне почти мунковского пейзажа.

Резкие цветовые контрасты, композиционная насыщенность, нервная острота психологического состояния героев — ощущение, что Пименова переполняют эмоции, он не может остановиться на одном конкретном сюжете. Для него колючая проволока на переднем плане так же важна, как и ветка сирени в руке смеющегося солдата. И в этом есть попытка передать собственные смешанные ощущения от времени и реальности происходящего.

В начале 1930-х годов в жизни мастера наступило непростое время. После постановления «О перестройке литературно-художественных организаций» работу всех художественных объединений запретили. Пименова стали критиковать, обвиняли в формализме. Живописец тяжело заболел, он так позднее вспоминал об этом периоде: «…это было мое трудное время. У меня расползлись нервы, я совсем не мог работать. К тому же меня постигли и профессиональные беды: одну книжку, которую я иллюстрировал, за рисунки признали формалистической, и я оказался без денег и без работы, так как после этой книжки работы в журналах мне не давали, и мы существовали на те деньги, которые стенографией зарабатывала моя жена».

Живописец нашел в себе силы вернуться к работе. Уничтожив значительный пласт работ 1920–1930-х годов, Пименов решил обратиться к импрессионистам как к образцам для подражания. Ренуар, Мане, Коро и Милле стали его вдохновителями и спасителями. На смену спортсменам и рабочим остовского периода пришла она — легкая, нежная, строгая, утонченная, задорная, понимающая женщина.

Юрий Иванович Пименов. «Женщина в гамаке», 1934

«Таинственный мир зрелищ» — именно так Пименов назвал сборник своих эссе и впечатлений о жизни театра. Он был очарован им и атмосферой праздника, которая царила вокруг. Обладая писательским даром, Пименов примечал и описывал каждую мелочь: цвет помады женщин, наряжающихся перед походом в театр, тающие на шубах снежинки, мерцание люстр и лица зрителей, замирающих при звуках настраиваемого оркестра.

Сам Пименов был знаком с миром театра не понаслышке: за свою жизнь он создал декорации ко множеству спектаклей, работал над костюмами и сценографией, готовил афиши. Для него театр был любовью. Но как и многих других художников XX века, театр кормил Юрия Пименова в безденежные времена.

В своей книге Пименов описывает и публикует зарисовки мастерских, где делают нежные балетные пачки, гримерок, в которых на манекенах развешаны парики и костюмы, театральных лож и буфета.

Юрий Пименов. Актриса. 1935. Холст, масло.

Но больше всего его волновали актеры и актрисы — самые обычные люди, полные забот и огорчений, которые перевоплощаются в своих гримерках, меняются их внешний вид и внутреннее состояние. И вот они готовы выйти на сцену и оказаться кем-то совершенно иным. На картине «Актриса» Пименов изобразил собирательный образ. Зритель наблюдает за руками женщины, которая наносит грим и постепенно входит в роль. Главными героями картины становятся милые вещички: перчатки, стеклянные флаконы, тюбики помады, бокал для шампанского. На стуле висит платье, а около ножки стола — блюдечко с очищенным мандарином.

В 1930-е годы главной темой в его творчестве стала жизнь столицы. Художник мог целыми днями гулять по самым отдаленным местам Москвы, часто ездил в Подмосковье и бродил по окрестным лесам. Он создавал городские пейзажи, изображал кварталы и новостройки в новой Москве, улицы и дома.  Самым известным и «программным» произведением Юрия Пименова является «Новая Москва», написанная в страшный 1937 год.

Юрий Пименов. Новая Москва. 1937

Словно оказавшись на заднем сиденье прекрасного кабриолета «Линкольн» в роли кинооператора, зритель наблюдает и готовится снимать одновременно и героиню (в образе которой Пименов изобразил свою жену), и похорошевший город, проскальзывая сквозь него по мокрому асфальту. Случайные детали, «ловушки для глаз», расставленные художником, по поверхности картины, не могут оставить зрителя равнодушным: гвоздика, закрепленная на ветровом стекле, отражение в зеркале заднего вида — и делают встречу с картиной еще приятнее.

Как писал в 1973 году художник Иван Долгополов в книге «Мастера и шедевры»: «Новая Москва»… Широко открытое окно в жизнь… Легко бежит машина по асфальту площади Свердлова. Пестрый калейдоскоп людской толпы, верениц машин разворачивается перед глазами водителя — молодой женщины с короткой прической (как видите, моды через треть века вернулись на круги своя), в легком летнем платье. Во всем полотне Пименова разлито чувство увлеченности жизнью. Оно в цветах гвоздики, пунцовой и белой, прикрепленных к раме ветрового стекла. В блеске асфальта и в трепете алых флажков на Колонном зале Дома Союзов. В бликах солнца, играющих на полированных кузовах автомобилей, и в пестрой мозаике толпы пешеходов… Тайна очарования пименовского полотна — в движении, которое пронизывает каждый мазок в картине».

Уже в работах 1930-х годов появляется образ города как главного лирического героя. Ощущение жизни в потоке и одновременно ее индивидуальное переживание предопределяют оттепельное восприятие города, которое найдет отражение и в картинах Юрия Ивановича.

Во время Великой Отечественной войны Юрий Пименов создавал агитационные плакаты в Окнах ТАСС: он изображал героев передовой и тыла. Во время эвакуации художник остался в родном городе, писал жанровые картины, отражающие военные будни Москвы, а в 1943 году его командировали на Северо-Западный фронт — в район Старой Руссы и в Ленинград.

Юрий Пименов. Фронтовая дорога. 1944

В 1944 году художник создал картину «Фронтовая дорога», в которой снова вернулся к полюбившейся композиции, использованной в «Новой Москве». Живописец вновь изобразил девушку за рулем автомобиля, но в этот раз в другой, страшной реальности войны.

Красота Москвы и ее людей раскрылась в эти дни в особом, трагическом, благородном свете. Нежные руки городских женщин взялись вместе с опытными крепкими руками крестьянок за лопаты в окопах и рвах под холодными дождями этой страшной осени — и выдержали испытание. Затемненный, замолкший, настороженный город был трагически прекрасен.
                                                                        Пименов

Излюбленными темами художников французского импрессионизма, на которых ориентировался Юрий Пименов, были повседневные сценки, разыгранные на улицах города. Пименов смотрит на повествовательный жанр шире: он обращается к вещному миру, учится видеть и запечатлевать характеры простых предметов и преподносить их зрителю как сокровища.

В конце 1950-х годов он приступает к работе над серией «Вещи каждого дня». Пименов писал:

Вещи, окружающие людей, отнюдь не мертвы… Вещи бывают грустными или веселыми, они влияют на людей, помогают им или огорчают их, оставляют воспоминания и вызывают острые желания. Одни и те же вещи в разное время и в разных случаях бывают резко отличны — цветы свадьбы и цветы на могилах ничем не похожи, даже запах чувствуется по-другому.

Пименов Ю. И. Таинственный мир зрелищ. М., 1974.

 

Юрий Иванович Пименов. «Ожидание», 1959

Каждым своим натюрмортом художник вовлекает зрителя в игру: придумав название произведению, он предлагает додумать историю, связанную с изображенным предметом.

На картине «Ожидание» изображен главный символ коммуникации — телефон. Однако самого диалога здесь нет, есть ощущение замершего времени и некоторого разочарования: тяжелая трубка оставлена на столе, за окном дождь и беспросветная серость замершего города. Композиционным центром становится изогнутый шнур, который вместо того, чтобы связывать людей на двух его концах, запутывает.

После войны Юрий Пименов преподавал на художественном факультете Всесоюзного государственного института кинематографии (ВГИК). Совмещая преподавательский труд с творчеством, он принимал участие в работе над кинофильмом «Кубанские казаки», оформлял театральные постановки, иллюстрировал книги и увлечённо рисовал городские пейзажи послевоенной Москвы и натюрморты.

Юрий Иванович Пименов. «Старые и новые вещи», 1967

В творчестве Пименова вновь зазвучали мирные темы: художник изображал Москву и москвичей, стройки новых районов, жанровые сцены из жизни. К 1960-м годам относится цикл работ «Новые кварталы», в котором художник старался подмечать незначительные детали повседневности. Новые кварталы художник ассоциировал не только с планами застройки, кранами и рабочими, а прежде всего с людьми, которые будут там жить.

Юрий Иванович Пименов. «Свадьба на завтрашней улице», 1962

На небольших по формату холстах Пименов изображал бредущих на автобусную остановку по тропинкам — тротуаров еще не было — горожан, крановщиц, девушек-маляров, модниц, молодоженов. Художник рассказывал: «Я люблю эти новые кварталы. В их незаконченности, даже в их неполадках живет молодая душа новизны… Новые города, районы и кварталы рождают свою особенную поэзию, свой особенный характер жизни с того времени, когда на новом месте начинают разворачивать землю, на строительных площадках появляется медленное и неуклонное движение огромных кранов… Простая, обычная и прекрасная картина созидания, картина человеческого труда… Сколько потом разной жизни приходит в эти дома — смех и плач детей, усталые шаги после работы, утренняя глазунья на сковородке, пестрый букет полевых цветов на фоне чистой голубоватой стены!».

В воспоминаниях Пименов писал, что художник-жанрист должен быть немного зевакой, ведь впопыхах ничего толком не увидишь. Художник без модели, без натуры, считал Пименов, бедный обездоленный человек. И вся сила жанровой живописи заключается в умении мастера увидеть большие события в повседневности, как, например, на картине «Обыкновенное утро».

Художник писал: «Я знаю, что архитектура этих новых мест, мягко говоря, простовата и совсем далека от того, что носит название художественности, но я вырос в старом городе, который задыхался от тесноты общих квартир, от общих кухонь, где чад, жар и раздражение стояли в воздухе, поэтому я с добрым чувством смотрю на однообразные белые дома: они дали отдых многим людям, приблизили их к светлой, просторной жизни». Именно такую обстановку изобразил Пименов на картинах «Свадьба на завтрашней улице», «Лирическое новоселье», «Первые модницы нового квартала».

Юрий Пименов. «Первые модницы нового квартала»

Пименов называл себя приверженцем «реалистического импрессионизма» — живописи, по его мнению, способной отразить жизнь XX века с ее переменами. Друг художника, живописец и педагог Борис Неменский, сравнивал холсты мастера с песнями о человеческой доброте и о великой значимости обыкновенности. «Да, это о буднях и радостях простой жизни простых людей. У Пименова каждый сюжет, портрет, натюрморт несет точный заряд восторга перед красотой жизни, нежности к ней, тревоги за нее. Что стоит вроде элементарный по сюжету натюрморт с телефонной трубкой на подоконнике с каплями дождя на стекле окна. И всего-то! Но целая гамма чувств и мыслей!» — писал Неменский.

Пережив тяжелый период критики, когда у художника не было возможности работать, Пименов стал признанным мастером соцреализма. С середины 1950-х годов он много путешествовал: посетил Англию, Индию, Францию и Италию, писал очерки о поездках. Но больше всего русский живописец все равно любил Москву, ее достопримечательности и отдаленные районы, в которых живут обычные люди, ходят на работу и растят детей. Найти в повседневности романтику — особый дар Юрия Пименова.

Юрий Иванович Пименов. «Токийское окно», 1975
За театральные декорации художник дважды удостаивался государственной премии — в 1947 и 1950 годах. С середины 50-х годов прошлого столетия он получил возможность посещать зарубежье, написал цикл очерков и картин. В 1954 году Пименов был приглашён в АХ СССР, а в 1962 избран академиком. На склоне лет получил звание народного художника СССР (1970) и высокую награду Советского Союза — орден Ленина (1973). Талантливый живописец ушёл из жизни 6 сентября 1977 года.

Юрий Пименов: Соцреализм — широко открытое окно в жизнь Read More »

Федор Решетников: Самобытный представитель советского реализма

Федор Павлович Решетников родился  в 1906 году в селе Сурско-Литовском в Екатеринославской губернии Российской империи (ныне Днепровский район Днепропетровской области Украины) в многодетной семье местного иконописца, сумевшего передать двум своим наиболее талантливым сыновьям гены любви к искусству. Федор рано осиротел и с юных лет думал о заработке. Сначала он помогал старшему брату, занимавшемуся иконописью, а с четырнадцати лет начал самостоятельную трудовую жизнь. Юноша брался за любую работу в жестяных, плотницких, малярных мастерских. Он рисовал, работая на шахтах Донбасса и Подмосковья, оформлял праздничные демонстрации, газеты, спектакли, расписывал стены клубов. В 1926 году рудничный комитет командировал Федора Решетникова в Москву на учебу.

С этого времени начинаются годы освоения мастерства художника  сначала на художественном факультете рабфака, а затем на графическом  факультете ВХУТЕИНА и в Московском художественном институте у Д. С. Моора и С. В. Герасимова. В художественно-техническом институте Ф. Решетников впитал себя технику письма с социалистическими идеями.

С первых творческих шагов  проявилась тяга художника к поиску, эксперименту. Стремление быть полезным народу, родине ведет его в самую  гущу жизни. Он делает зарисовки на заводе «Серп и молот», создает  антирелигиозный плакат к молодежной выставке 1930 года, на которой дебютирует своими работами. Увлеченный романтикой больших открытий, в 1932 году Решетников отправляется с экспедицией ледокола «Сибиряков» в арктический поход.

Суровые условия похода, непосредственная близость с участниками оказали  громадное воздействие на художника. Значительную ценность представили  зарисовки, сделанные с натуры во время похода. Через год, в 1933 году, Решетников принял участие в экспедиции ледокола «Челюскин». В сложнейших условиях работы на «Челюскине», а затем  во время дрейфа на льдине, после  гибели ледокола, проявились замечательные  качества всех участников экспедиции. Равный член коллектива Решетников нес  службу простого матроса, и вместе с  тем он продолжал работать как  художник. Он оформлял стенгазету «Не  сдадимся», живыми юмористическими  рисунками поднимал боевой дух коллектива.
Сложнейшие арктические экспедиции, за которые Решетников был отмечен правительственными наградами, укрепили в нем решимость и мужество, жажду постоянного поиска и неуемную энергию, которые отличают всю его дальнейшую творческую деятельность.

Он продолжает учиться, осваивая новые, неведомые ему ранее области  живописи. Учителем его становится замечательный пейзажист Н. П. Крымов, вместе с которым Решетников пишет  этюды, совершенствуя свое мастерство живописца. Но к сожалению эти картины остаются совершенно неизвестными широкой публике. Это наследие в 90 — е годы прошлого века оказалось за рубежами России и осело в частных коллекциях.

Боевые качества искусства  Ф. П. Решетникова, и прежде всего  его графики, снова проявились в  годы ВОВ. Художник с первых же дней войны ушел в армию. Получив направление  в Севастополь в качестве военного корреспондента газеты «Красный черноморец», он делал рисунки, рассказывающие о  героизме моряков-черноморцев, защитников Севастополя, создавал плакаты, мобилизующие на борьбу с врагом, рисовал карикатуры, разоблачающие омерзительный облик  фашистских головорезов.

В конце войны им была написана небольшая жанровая картина «Достали языка», открывающая ряд картин на детскую тему, которая становится одной из основных в творчестве художника  на протяжении значительного послевоенного  периода. Живая наблюдательность, мягкий юмор отличают незатейливую композицию, написанную по непосредственным впечатлениям, показывающую, как большие события военных лет нашли свое преломление в сознании ребятишек.

Федор Решетников «Достали языка», 1943 год

Дети были любимыми героями сюжетов этого живописца. На картине изображены мальчишки, затеявшие совсем не детскую игру. Ребята инсценируют самый настоящий военный сюжет — захват языка. Тактический приём «захват языка» широко применяется в военном деле с целью выведать информацию противника. Разведчики должны поймать вражеского офицера, владеющего ценными данными и привести его в штаб своего войска. После чего у «языка» различными способами выпытываются нужные сведения.

Картина Решетникова написана в самый разгар военных событий. Дети копируют всё, что происходит со взрослыми, поэтому и выбрали такую совсем не детскую игру.

Впоследствии им были созданы картины, посвященные детям: «На побывку» (1947), «Прибыл на каникулы» (1948), «За мир» (1950) и «Опять двойка» (1952).

«Прибыл на каникулы» — одна из самых популярных картин Федора Павловича Решетникова, написанная в 1948 году.

Федор Решетников. Картина «Прибыл на каникулы», 1948

Художник изобразил момент приезда домой на новогодние праздники юного суворовца. В центре сюжета — мальчик в военной форме и пожилой мужчина в домашней одежде. Кадет только что вошел в комнату — на нем шинель и теплая шапка-ушанка, в левой руке он держит чемодан, а правой отдает честь деду, рапортуя о прибытии. Дедушка, видимо, бывший военный, вытянулся перед внуком по стойке смирно и внимательно слушает доклад. Девочка в парадной школьной форме всего минуту назад раскладывала на столе учебники, но теперь отложила все свои дела и с восторженным любопытством наблюдает за происходящим. Атмосфера царит праздничная и оптимистичная. Семья уже готова к встрече Нового года — в углу комнаты стоит елка, украшенная игрушками и гирляндой. Лицо мальчика озарено радостной улыбкой — он, наконец-то, дома.

В 1949 году Фёдор Павлович Решетников заслужил титул лауреата на Сталинских премиях – вторая степень — за картины «Прибыл на каникулы» и «Генералиссимус Советского Союза И.В.Сталин»

«Генералиссимус Советского Союза И.В.Сталин»

Эмоциональная, добрая картина «Опять двойка» трогает сердце. Ситуацию, в которую попал главный герой, с первого взгляда понимает и юный зритель, и взрослый человек.

Федор Решетников. Картина «Опять двойка», 1952

Это целый рассказ о незадачливом ученике, получившем двойку. Коньки в его раздувшемся портфельчике, весь его смущенно растрепанный вид явно объясняют причину плохой отметки. Укоризненно-сожалеющий взгляд матери, строгий — старшей сестры, озорной — младшего братишки, радость верной Жучки, приветствующей хозяина, — все здесь схвачено точно, все соответствует тому определению задач жанровой картины, о которых писал сам автор: «Жанровую картину можно сравнить с коротким рассказом; та. же конкретность сюжета, выпукло очерченные характеры, точность композиции. Художник захватывает зрителя, так же как писатель делает это с читателем. …Картина дает лишь один конкретный момент из жизни героев. Все остальное дано домыслить самому зрителю».

Картина «За мир!» была, по сути дела, фантазией Решетникова в духе социалистического реализма. Картина была создана Решетниковым в 1950 году, когда Европа восстанавливалась после войны. В это же время в СССР были очень сильны опасения, что созданный Америкой 4 апреля 1949 года военный блок НАТО приведет к новому столкновению с Западом.

В советской прессе много писали о проходящих во Франции и других странах Европы левых выступлениях под антивоенными лозунгами. Вот одно из таких выступлений, очевидно, и представил себе Решетников, или же счел уместным представить его именно так для своих зрителей.

Федор Решетников «За мир!», 1950

Пять мальчишек, похожих на малолетних бродяжек-гаврошей, выводят краской на стене слово на французском языке. Слово это — «Paix!», что на русском означает «Мир!». Ребята крайне насторожены. Два мальчишки стоят на страже, пока три их товарища заняты рисованием (один держит краску, другой рисует, а третий, встав на четвереньки, подставил спину для «художника»). Очевидно, если мальчишек поймают, им будет худо.

В наше время картина «За мир!» стала мемом.

За картину «За мир» Ф. П. Решетников в 1951 году был  удостоен звания лауреата Государственной премии. В 1953 году он был избран действительным членом Академии художеств СССР, в 1966 году получил  звание народного художника РСФСР. Казалось бы, Решетников нашел свой творческий путь, но он не успокаивается  на достигнутом.

Художник также осваивал и педагогическую деятельность — преподавал в Московском педагогическом университете имени В.И. Ленина и Московском государственном художественном университете имени В.И. Сурикова.

В 1959 году Решетников выступил в новом жанре: в триптихе «Тайны абстракционизма» он создал своего рода сатирический памфлет в живописи, язвительный в обличающем пафосе, броско декоративный. А через некоторое  время появились серии дружеских  шаржей, исполненные в карандаше, акварели и даже в скульптуре. Он увлечённо разоблачает формализм в искусстве, создаёт острые графические шаржи на коллег.

Фёдор Решетников. Картина «Тайны абстракционизма. Триптих», 1961

Прекрасно зная своих коллег-художников, многократно рисуя их во время  дружеских встреч, Решетников сумел  создать гротескные портреты, остро характерные в жесте, мимике, движениях. Он нашел разнообразные композиционные приемы, остроумные метафоры, положения, детали. В шаржах на скульптора С. Т. Коненкова, художников Н. Н. Жукова, А. М. Каневского и др.

Федор Решетников «С. Коненков. Дружеский шарж», 1961

Решетников сочетал остроту характеристик с глубоким проникновением в человеческую сущность. Не менее остроумны, необычайны в своей пластичности шаржи-скульптуры: Кукрыниксы, А. А. Дейнека. Выполненные с профессиональным блеском, эти произведения раскрывают замечательный дар Решетникова-скульптора.

Кукрыниксы — творческий коллектив советских художников-графиков и живописцев. Псевдоним «Кукрыниксы» составлен из первых слогов фамилий Куприянова и Крылова, а также первых трёх букв имени и первой буквы фамилии Николая Соколова. Этапными работами для Кукрыниксов были карикатуры на темы внутренней и международной жизни, агитационные, в том числе антифашистские, плакаты, иллюстрации к произведениям Н. В. Гоголя, М. Е. Салтыкова-Щедрина, А. П. Чехова, М. Горького, И. А. Ильфа, Е. П. Петрова и М. Сервантеса. Кроме того, был очень популярен цикл плакатов «Окна ТАСС».

С началом гонки вооружений, в 1970-х годах, переключается на политические плакаты, критикующие империализм и агрессивные намерения США и военного блока НАТО. В 1974 году становится вице-президентом Академии художеств, удостаивается звания Народного художника СССР. В последующие годы за заслуги в области искусства и народного образования становится обладателем двух орденов: имени Ленина и Октябрьской Революции.

Решетников Федор Павлович умер  13 декабря 1988 года, ему было 82 года. Могила находится на Ваганьковском кладбище в Москве.

Федор Решетников: Самобытный представитель советского реализма Read More »

Абрам Архипов: «Красные крестьянки» в вихре алых мазков соцреализма

Абрам Ефимович Архипов, также известный под фамилией Пыриков (1862-1930) — художник-живописец, и один из основателей Союза русских художников был восторженным импрессионистом среди передвижников, последним романтиком в те годы, когда искусство било наотмашь жестокой правдой жизни. Начав с прославления тяжкого крестьянского труда, он остался в истории живописи певцом русских женщин. В его картинах – столько оттенков алого, сколько способен различить глаз…


Абрам Архипов родился 27 (15 по старому стилю) августа 1862 года в селе Егорово (Ростовская губерния) в бедной крестьянской семье, едва сводившей конца с концами. Он рисовал везде, всюду, чем угодно и на чем угодно. Архипов демонстрировал интерес к художественному ремеслу с раннего детства и учился рисованию у приезжих иконописцев. Он наблюдал за миром вокруг – цепко, внимательно, запоминая каждую деталь, будто для грядущей картины. Один из иконописцев-учителей (к сожалению, его имя ныне неизвестно) Абрама по счастливому стечению обстоятельств оказался вольнослушателем знаменитого Московского училища живописи, ваяния и зодчества — в 1876 году он помог Архипову подготовиться к поступлению в МУЖВЗ.

По реке Оке

Семья отнеслась к стремлениям сына с пониманием и каким-то чудом смогла найти средства, чтобы отправить пятнадцатилетнего юношу в Москву. В 1877 году он сделал первый шаг на пути к мечте – сумел поступить в то самое художественное училище. В эти годы голод и нищета не имели для него никакого значения – ведь каждый день ценные советы ему давали Перов и Маковский…

В Московском училище Абрам Архипов учился в период с 1877 по 1883 и с 1886 по 1888 годы — в образовавшийся перерыв между двумя этими сроками Архипов посещал Императорскую Академию художеств в Санкт-Петербурге.

Абрам никогда не терял связи с родиной. Он часто писал сцены из народной жизни – по памяти. Возвращаясь домой на каникулы, посвящал все свое время этюдам и наброскам. В ранних работах Архипова – суровые оттенки северной природы, тяжелый крестьянский труд, скупая обстановка жилищ… Здесь на него сильно повлияло творчество Перова, призывавшего художников писать «правду русской жизни». Однако после его смерти, под началом Поленова, Абрам Архипов обратился к более светлым оттенкам и лиричным сюжетам, начал писать больше пейзажных работ, напитывая их лучами северного солнца.

Северная деревня. Закат, зимний пейзаж.

В 1883 году Архипов впервые продал свою работу – она попала в руки Павла Третьякова. Вдохновленный своими достижениями на живописном поприще, в 1884 году Архипов перебрался в Санкт-Петербург, где стал учеником знаменитой Академии художеств. Там он будет одним из лучших, многие рисунки и этюды молодого художника окажутся в собственном музее Академии как образцовые, но… несмотря на явные успехи, спустя два года Архипов вернется в Москву. Академическая школа живописи с ее строгими ограничениями принесла только разочарования.

В Москве он получает звание «классного художника» — и бывшие учителя, кумиры и авторитеты, становятся его коллегами. Он начинает преподавать в родном художественном училище, вступает в Товарищество передвижных художественных выставок. Архипова редко упоминают в числе известных передвижников – его работы не вызывали бурных дискуссий и были лишены острого сюжетного драматизма. По правде говоря, уже в эти годы народовольческий пафос и трагизм передвижников перестает отвечать его творческим стремлениям. Он привычно пишет сюжеты крестьянской жизни и пейзажи русского севера – но все более динамично и размашисто, все более свободно и одухотворенно. Вершиной его творчества в рядах передвижников стала картина «Прачки», посвященная нелегкому труду женщин, перебравшихся из деревни в город в поисках заработка.

Прачки

Абрам Ефимович Архипов стал известен общественности в 1890-м году, после своего участия в 18-й выставке Передвижников. Он оказался умеренно популярен среди зрителей, но сумел сдружиться с коллективом Товарищества передвижных выставок, куда был с всеобщего одобрения принят.

Стремление Абрамова к композиционным и колористическим экспериментам демонстрирует его знаменитая работа «На Волге» — тогда же, в 1890-х годах, он все чаще пишет своих героев на фоне красот родной природы, будто бы спасая их от тесноты и духоты крохотных комнат, мастерских, темных изб.

На Волге

В конце 1903 года Архипов принял участие в основании художественного общества «Союз русских художников», в составе которого он затем работал до 1923 года — до ликвидации объединения.

В 1914 году сдержанная палитра Архипова внезапно взрывается множеством оттенков красного, а живописная манера становится практически импрессионистской. В вихре алых мазков – радостные лица со смеющимися глазами, сильные руки, фрагменты вышивки и тесьмы… Раз за разом Архипов повторяет этот образ – русская крестьянка в алом праздничном наряде.

Девушка из Лесного. Крестьянка в зеленом фартуке.

Революцию Архипов принял спокойно и пользовался большой популярностью, в основном благодаря своим любимым крестьянским мотивам, отвечающими интересам новых властей. Советская власть была благосклонна к нему – в 1927 году он одним из первых получил звание «народного художника». Он много преподавал, был учителем целой плеяды художников-соцреалистов. Однако с 1917 года он практически отказался от иных сюжетов, продолжая писать почти исключительно портреты русских женщин в красном. «Послереволюционное» творчество Архипова включает и портреты политических деятелей, в целом не особенно удачные.

Все его «красные крестьянки» написаны, разумеется, с натуры, но эти работы – нечто большее, чем просто попытки запечатлеть реальный облик каждой из портретируемых. Здесь Архипов – почти символист, наделяющий обыденный образ небывалой мощью и глубиной. Архиповские крестьянки странствовали по миру, получая награды на выставках в Париже, Мюнхене, Риме… Да и сам он был заядлым путешественником – много ездил по России, побывал в Германии и Италии.

Сидящая крестьянка. Крестьянка.

Художник Абрам Архипов прожил жизнь тихо и непритязательно, однако всегда, не совершая никаких революций, будто бы не до конца вписывался в художественную среду – слишком «мирный» для передвижника, слишком лиричный для соцреалиста…

О личной жизни Архипова ничего не известно. Он никогда не был женат, у него не осталось потомков. В быту ему помогала землячка Вера Клушина, взявшая на себя все заботы о насущном. В последние годы жизни художник страдал от онкологического заболевания и после неудачной операции по удалению опухоли Абрам Ефимович Архипов скончался 25 сентября 1930 года в Москве, не оставив после себя наследников.

Преемницей Архипова, продолжательницей художественной династии стала его внучатая племянница Алла Бедина, известная своими графическими работами. А «красные крестьянки» Абрама Архипова продолжают свое шествие по миру, радостно хохоча над посетителями аукционов – сегодня картины Архипова уходят в частные коллекции за шестизначные суммы. Ныне произведения художника находятся в частных и государственных собраниях России и других стран.

Крестьянка в розовом. Девушка с кувшином.

Абрам Архипов: «Красные крестьянки» в вихре алых мазков соцреализма Read More »

Корзина для покупок
Прокрутить вверх